Государственный Архив Мурманской области

Experientia est optima magistra

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта

ДВА ФИЛЬМА ОБ ОДНОМ КОНВОЕ

Фильм «Семнадцатый трансатлантический», о котором пойдёт речь ниже, стал заслуженно известен как один из самых «мурманских» фильмов отечественного кинематографа. Подтверждается это и документами Государственного архива Мурманской области, где, в фонде № Р-1114 Государственной производственно-посреднической фирмы «Кино-сервис», в планах и отчётах областного управления кинофикации содержится информация о том, что эта картина, с момента своего рождения, стала одно из самых любимых зрителями и показывалась в нашем крае очень часто. Без неё не обходился ни один из областных кинофестивалей, проводившихся к годовщинам победы в Великой Отечественной войне и разгрома немецко-фашистских войск в Заполярье, о чём свидетельствуют следующие документы: (ф. Р-1114, оп. 1, д. 40, л. 21; ф. Р-1114, оп. 1, д. 105, л. 1; ф. Р-1114, оп. 1, д. 127, л. 65, 67; ф. Р-1114, оп. 1, д. 139, л. 14). Подтверждением непреходящей популярности фильма является и тот факт, что он, ныне, в числе других мурманских лент, под инвентарным номером 2513410, хранится в областном архиве. Но, впрочем, мы забежали далеко вперёд. Расскажем обо всём по порядку.

 

Страшное, тяжелейшее лето сорок второго. Немцы рвутся к Волге. Эвакуированная на Урал оборонная промышленность ещё не набрала обороты и потому на фронте не хватает танков, самолётов, боеприпасов. Мурманск, почти полностью разрушенный фашистскими бомбами, испепелённый огнём только что случившегося жесточайшего пожара, ждёт лендлизовских поставок. И союзные конвои с вооружением, один за другим, прорываются к русскому заполярному порту. В эти же дни премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль пишет Сталину: «Вы можете на нас рассчитывать в том, что мы поможем  Вам всеми средствами, имеющимися в нашем распоряжении...» И, конечно, не знает, что спустя 30 лет его письмо послужит вступлением к фильму, рассказывающему о трагической гибели конвоя, получившего кодовое наименование PQ-17.

 

В основе картины лежали подлинные исторические события. Союзный конвой, шедший из Исландии в северные порты СССР, в Баренцевом море, по приказу английского Адмиралтейства, бросили корабли охранения. Толи английские адмиралы испугались грозного немецкого линкора «Тирпиц», толи, наоборот, решили поймать его на «живца» в виде оставленных без прикрытия транспортов - есть и такая версия. Как бы то ни было, авиация и подводные лодки конвой разгромили, из 34 судов до Мурманска и Архангельска добрались единицы. О мужестве, стойкости и героизме, проявленных в морском сражении экипажами почти безоружных, мирных пароходов и должна была рассказать лента под названием «Семнадцатый трансатлантический».

Съёмочная группа киностудии имени А. Довженко во главе с заслуженным деятелем искусств УССР режиссёром Владимиром Довганем появилась в Мурманске в конце июля 1971 года.

- В центре нашего повествования, - пояснял Владимир Захарович корреспонденту «Полярной правды», - судьба экипажа советского транспорта «Кузбасс». «Кузбасс», как говорится, - образ собирательный. В караване «Q-17», шёл Донбасс, а в шестнадцатом конвое был ставший легендарным и орденоносным транспорт «Старый Большевик». Он горел. Его морякам предлагали покинуть судно и спасаться самим. Но силён был боевой дух экипажа. Борясь с огнём, отбивая атаки фашистских самолётов, моряки «Старого большевика» сумели выстоять в бою и добраться до порта. Словно бы идя за судьбой своих прототипов, моряки «Кузбасса» в фильме борются не щадя сил, спасают драгоценный груз, доставляют его по назначению.

Жанр задуманной картины определялся как героическая драма. Его сценарий написал бывший офицер-североморец Константин Кудиевский, ставший «на гражданке» писателем-маринистом и уже работавший с Довганем над фильмами «Трое суток после бессмертия», «Обгоняющая ветер», «Назовите ураган Марией». До приезда на Кольский полуостров некоторые кадры отсняли в Чёрном море. Работали и в павильоне в Киеве, где находился наиболее удобный для проведения комбинированных съёмок, единственный в стране бассейн, построенный с искусственным рисованным фоном. Часть эпизодов, связанных с пожарами на судах, с тонущими кораблями сделали именно там. Однако главные события ленты снимали на Кольском полуострове. К примеру, в мурманском торговом порту, где была воссоздана обстановка военного времени. Моряки, возвращавшиеся из рейсов, с удивлением смотрели на изменившиеся до неузнаваемости причалы, на «Кузбасс», с установленными на нём зенитными пушками и пулемётами. Правда, кое-кто всё же угадывал в этом закамуфлированном корабле пароход «Художник Крайнев». Труднее всего, пожалуй, пришлось кинематографистам в море, где работали над батальными сценами. Но, благодаря смекалке и творческому подходу к делу экипажей задействованных в съёмках судов, справились и с этой задачей. О том, как делались кадры боя, на страницах книги «Из Поморья - в океан» вспомнил её автор - заслуженный полярный капитан Леонид Селивёрстов.

«Суть заключалась в том, чтобы наш щеголеватый, опрятный «Немирович-Данченко» на время преобразить в иностранный подбитый бомбовыми ударами немецкой авиации транспорт, который с креном на борт, дифферентом на нос и большими пожарами на палубах продолжает идти в составе конвоя к советским берегам. Моряки... начали активно и увлечённо «разделывать» будущего «артиста». Перво-наперво закрыли парусиной марку с серпом и молотом на дымовой трубе. Затем замалевали временно название на бортах судна, развели и установили в обезображенном виде грузовые стрелы, судовые шлюпки, нагромоздили на палубах какое-то подобие разбитых и разбросанных ящиков, бочек, создали настоящие завалы. Я только удивлялся изобретательности этих ребят. На мостике, на носу, корме и в двух трюмах с открытыми люками установили вёдра и бочки с промасленной паклей и ветошью. Много чего смастерили моряки. А киношники, как их добродушно называл экипаж, как-то потерялись в этом бурном водовороте фантазии и активности судовых энтузиастов... Поступила команда к движению... От зажжённой в многочисленных бочках ветоши судно буквально утонуло в густых клубах дыма. Дали небольшой ход вперёд и пошли по указанному курсу на съёмку. Естественно, «Немирович-Данченко» был здесь не одинок. Около десятка других судов тоже каждое по-своему имитировало участие в том трагическом союзном конвое. Картина была захватывающая: горящие, полузатопленные транспорты, по флангам время от времени скользят одинокие военные корабли эскорта, пролетают самолёты, немного в стороне всплывает подводная лодка. Всё - как на войне. Вероятно, съёмка прошла успешно - дублей не было».

Для участия в массовке кинематографисты пригласили всех желающих мурманчан, объявив набор через «Полярку». Платили по три рубля в день - вполне приличные, по тем временам, деньги. Жители областного центра, ставшие на короткое время артистами, трудились не за страх, а за совесть - «горели», прыгали в ледяную морскую воду. Рядом с ними работали профессионалы - Александр Лазарев, сыгравший отважного капитана «Кузбасса» Лухманова, Константин Параконьев, исполнивший роль судового помполита Саввы Ивановича, Борислав Брондуков, перевоплотившийся в балагура рулевого Семячкина. «Северный» этап работы над фильмом продолжался несколько месяцев. Уезжая, Довгань отмечал:

- Даже короткое пребывание в Мурманске показало доброе, душевное отношение ко всем нашим просьбам, связанным со съёмками фильма, со стороны руководителей Мурманского морского пароходства, торгового порта, командования Краснознамённого Северного флота... Нам очень хочется, чтобы фильм был достоин тех высоких духовных порывов, которыми жили наши герои.

Картина вышла на экраны спустя год - осенью 1972-го. В целом, и критики, и зрители отнеслись к фильму благосклонно, хотя не обошлось без претензий, главной из которых стало несоответствие названия ленты её содержанию. В рецензии на фильм, опубликованной в «Комсомольце Заполярья», известный краевед Владимир Сорокажердьев писал: «Ни режиссёр, ни редактор картины не удосужились посмотреть в словарь и расшифровать слово «трансатлантический», что дословно означает движение через Атлантику. С каких это пор на советский Север из Исландии стали ходить не через Норвежское и Баренцево море, а через Атлантику?» По словам Сорокажердьева, он лично обращал внимание помощника режиссёра на эту ошибку, но получил ответ, что сделать ничего нельзя, поскольку название уже утверждено. Обсуждали в прессе и другие недостатки: то, что «Кузбасс» выходит из боя таким же чистеньким и беленьким, как был до него, что в момент наивысшего напряжения сил в борьбе за жизнь транспорта, механики флегматично «починяют» двигатель, мирно беседуя между собой. Но это были частности, не изменившие общей оценки картины. «Сценарист, постановщик, весь творческий коллектив добились главного, - сообщала «Полярка», - они создали правдивый, волнующий, публицистичный фильм». «Семнадцатый трансатлантический», в котором впервые языком кино было рассказано о союзных конвоях, на многие годы стал непременным участником всех областных кинопоказов к юбилеям освобождения Заполярья, ко Дню победы. Его бесчисленное количество раз крутили в городах и посёлках, на лесопунктах и рыболовных траулерах, в воинских частях и на кораблях Северного флота. Одна из копий картины, как свидетельство её завидной экранной судьбы и ныне хранится в Государственном архиве Мурманской области.

Почти в то же время, когда шла работа над лентой «Семнадцатый трансатлантический», появился, написанный в 1970 году, роман Валентина Пикуля «Реквием каравану PQ-17». Книга и фильм, созданные независимо друг от друга, рассказывали об одном. И когда, спустя, как в сказке, тридцать лет и три года, «Реквием», ставший уже классикой отечественной маринистики, задумали экранизировать, внешне всё было похоже: сюжет, посвящённый гибели конвоя, морские съёмки, участие мурманчан, которое, на сей раз, не ограничилось массовкой - им достались даже небольшие роли. Но на этом сходство кончается, ибо, работавшая над картиной, компания «Домфильм» из Санкт-Петербурга умудрилась превратить трагедию каравана в «мыльную оперу» на военную тему.

«Корабли, как и люди, умирали по-разному... Иные встречали смерть в торжественном молчании, только потом из-под воды слышался долгий зловещий гул... Другие жалобно стонали сиренами... Иногда они тонули сразу, и люди не успевали покинуть их отсеков и коридоров, похожих на мифические лабиринты. Другие, напротив, стойко выдерживали взрыв за взрывом, будто понимали, что надо держаться, пока не спасутся люди. А потом корабли с рёвом зарывались в пучину, яростно сверкнув на прощание «глазами» - окнами своих рубок». Так описывал Пикуль разгром PQ-17. Передать это настроение на экране не получилось. Более того, прошедший в 2004 году по каналу «Россия» многосерийный фильм «Конвой PQ-17» вызвал бурю возмущения. В том числе и у ветеранов.

- Я не хотел бы разговаривать об этом фильме, - рассказывал тогда корреспонденту «Полярной правды» участник Великой Отечественной войны Борис Хлебников. - Кто был консультантом? Почему так безобразно показан Северный флот? И всё это на фоне немецких моряков, которые выглядят достойно! Зрителям говорят - это сторожевик «Белуга». А на самом деле на экране маленький портовый буксир, на который положите две глубинные бомбы, и он пойдёт ко дну. Всё снято небрежно. Это заметно во всём. В отношении к форме, званиям. Например, на командующего Северным флотом надели фуражку и чёрными нитками пришили белый кант. Тут же его называют главнокомандующим. Может быть, для авторов фильма всё это мелочи, но их очень много, и кажется, всё сделано, чтобы с негативной точки зрения показать наш флот. Впечатление от фильма плохое.

Сергей Харламов - актёр Мурманского областного театра кукол, едва не получивший в картине одну из главных ролей, а в итоге сыгравший начальника госпиталя своё отношение к «Конвою PQ-17» называет сложным.

- Мне это было интересно, как первый кинематографический опыт, но сам фильм получился поверхностным. Сценарий додумывался на ходу и далеко не всегда импровизации были удачными. Нет глубинного проникновения в тему, как, скажем, в «Торпедоносцах» или в «Проверке на дорогах» Алексея Германа. Мне кажется, режиссёр снимал как бы со стороны. Нет атмосферы того времени, потому фильм и не очень нравится. Режиссёр не должен быть со стороны, если хочет, чтобы ему поверили.

Рядовые зрители и вовсе не стеснялись в выражениях. Вот одно из мнений, опубликованное по горячим следам в Интернете. «Вялая, одеревеневшая режиссура и сумбурный монтаж Александра Котта порой откровенно тянут экранное время - конвой обязан промучиться восемь серий. Герой «Бумера», актёр Андрей Мерзликин ну совершенно безобразно сыграл капитана субмарины К-21 Лунина. Героический кадровый офицер напоминает скорее гоповатого сверхсрочника».

К сожалению, недостатки «Конвоя PQ-17»: «лёгкое» отношение к истории, топорность и корявость повествования, подмена жизненной правды погоней за спецэффектами и излишним натурализмом, - характерны для многих картин современного российского кино. И сегодня, кажется, что неудача недавнего сериала надолго отбила у кинематографистов охоту обращаться к «конвойным» сюжетам. Но хочется верить, что всё это трудности роста. А поскольку военная тема для нашей страны неисчерпаема - когда-нибудь мы обязательно ещё раз вернёмся к судьбе разгромленного, но непобеждённого семнадцатого каравана. И появится новый фильм, в котором, с учётом всех прежних достижений и ошибок, на новом уровне будет осмыслено наше героическое прошлое. И сниматься он тоже будет в Мурманске - городе, куда в давние, грозные годы сквозь кровь и смерть, во что бы то ни стало, стремились прорваться союзные суда.